На флот Эдварда Рутковского призвали в 1964 году. Ему было 19 лет. Из 260 человек четырех объединенных военкоматов Молодечно, Вилейки, Мяделя и Воложина в военно-морской флот нужно было набрать 12 человек. Но отобрали только шесть, так как остальные не прошли комиссию.

Будущих моряков отправили в Кронштадт, в учебный отряд подводного плавания. Там Эдвард прошел курс молодого бойца. Проучился 11 месяцев.

В 1965 году юноша попал на Северный флот в Мурманскую область, в Североморск. Оттуда – на подводную атомную лодку первого поколения К19 в город Ягельная Губа, сейчас Гаджиево.

Во время отдыха между походами. Слева направо: Григорий Яхимец, Эдвард Рутковский, Александр Липа, Анатолий Шепигузов. Фото предоставлено Эдвардом Рутковским.

Опыта в плавании почти не было

Во время службы моряк трижды ходил в дальние походы. Первый – в 1966 году на Северный полюс, куда субмарина прошла подо льдами.

– Наша задача в случае войны заключалась в том, чтобы запускать с лодки ракеты. Конечно, были учебные стрельбы – без атомных зарядов, – поясняет собеседник.

На К19 еще в июле 1961 года произошла авария правого реактора, радиационная обстановка ухудшилась. Экипаж эвакуировали, но восемь человек погибли, остальные получили дозы облучения, которые во много раз превышали допустимые.

К19 – первый советский атомный ракетоносец. За многочисленные аварии лодку на флоте называли «Хиросима». Несколько человек погибло еще до спуска подлодки на воду в 1959 году. 12 Ноября 1960 лодка вступила в строй. Могла вести огонь только в надводном положении.

Во время походов у каждого в экипаже были дозиметры, чтобы измерять дозу радиации. Иногда она превышала допустимый уровень.

Будущие электрики подводных лодок во время учебы в Кронштадте. Фото предоставлено Эдвардом Рутковским.

Второй и третий походы – 1967 и 1968 года служит пришлось на подлодке того же класса К145. Во время плаваний были в Египте, Вьетнаме, на Кубе, плавали в Тихом океане.

Как выглядела подлодка

Атомная субмарина состояла из прочного и легкого корпусов. В пространстве между ними располагались цистерны главного балласта. Чтобы лодка погрузилась в воду, емкости наполнялись водой. В высоту прочный корпус был 6,9 метров, легкий – 9,6. В длину лодка составляла более ста метров.

На ней были разные отсеки, изолированные друг от друга. Два торпедные, аккумуляторный, командный пункт, ракетный, дизельный, турбинный, отсек живучести, где стояло всё управление лодкой. Жилой – каждый выполнял определенную функцию.

Во время походов команда не поднималась на поверхность совсем, только по заданиям всплывала на определенную глубину. Обычно плавали на глубине не более 240 метров.

Служить было трудно

На субмарине служило 114 человек. В основном, белорусы и украинцы. Были и русские, служил один армянин.

– Тяжело было. Поход длился более 80 суток. Одни и те же люди, подбирали, чтобы были похожи характерами. Мало двигались, никаких тренажеров не было.

Особенно тяжело переносили температуру. Вода за бортом – более 30 градусов, в каюте – около 40. Охладительные установки не справлялись. Вспомню, и волосы дыбом становятся. Представьте, 40 градусов, как в консервной банке.

Расписание дня не менялось. От двух до шести утра – вахта, до 14 – отдых, снова четыре часа вахта, потом в два – сон. Собеседник делится, стулья – по-морскому «банки», – на которых сидели во время боевого поста, крутились. Чтобы человек не прижался к стене и не заснул.

Фото предоставлено Эдвардом Рутковским.

С флота он ушёл в 1968 году в звании главного старшины команды электриков. В следующем году женился – через полтора месяца после знакомства. В 1970 в пары родился сын Виктор. Через четыре года – дочь Елена. С женой Зинаидой наш герой прожил 41 год – она ​​умерла в 2010.

После службы 27 лет Эдвард работал слесарем-монтажником, после устроился в частную фирму бригадиром-монтажником. В 2006 году ушел на пенсию.

Во время службы, замечает Эдвард, не было «дедовщины», уважали друг друга, находились в одинаковых условиях.

– Как говорил капитан второго ранга, командир дивизиона подводных лодок бригады подводных лодок Северного флота Гаджиев «Нигде нет и не может быть такого равенства перед смертью, как среди экипажа Подводной Лодки, на которой либо все побеждают, либо все погибают», – Эдвард показывает памятный снимок со службы с цитатой.

К сожалению, сейчас связь с сослуживцами почти потерялась. После распада СССР изменились адреса почти у всех.

Контактировал с Иваном Пинчуком, который из-под Лиды. Бывший моряк Владимир Ермолинский живет в Минске.

На днях Эдвард нашёл адрес приятеля Григория Яхимца. Созвонился, вспомнили службу, и показалось, она была только вчера.

Сейчас Эдварду Рутковскому 73 года. Фото Татьяны Касьян.