«Нескромно, но я считаю, что купил лучшую хату в Крево», – мы с Сергеем Гапонов сидим у костра на его подворье и наблюдаем закат солнца. Не согласиться с этим трудно. И дело даже не в самой хате, а в месте. Помню, ещё несколько лет назад, гуляя по городу, мы с друзьями заходили на этот двор, который прильнул к Юрьевой горе, по дороге на еврейское кладбище. Волшебным образом он привлёк нас, и я даже представляла: «А что, если бы я здесь жила?», пишет downshifter.by.

А сегодня здесь живеё фотокорреспондент агентства «Франс-Пресс» (AFP) Сергей Гапон. И я искренне радуюсь, что мне действительно удалось прожить здесь хотя бы один этот день.

Сергей Гапон.

День, надо сказать, выдался насыщенным. DownShifter.by откликнулся на призыв Сергея об уборке того самого еврейского кладбища, и с самого утра мы уже были в Крево. Найти толоковцев было просто – шли на звук бензопил. Пока поднимались на Юрьеву гору, я начала переживать, что не взяла перчатки – погода напоминала, что наступил последний месяц осени. И тут нас сзади обогнал Сергей, коротко поздоровавшись, – с красными щеками и в майке с коротким рукавом. Очевидно ему холодно не было.

Всё началось с туалета

Оказалось, что всё началось с общественного туалета, которого в Крево нет. Точнее, есть биотуалет у Кревского замка, но обслуживать его некому, поэтому на нём попросту висит замок.

– Я намеренно походил за туристическими группами, чтобы послушать, какие небылицы о Крево рассказывают заезжие экскурсоводы. Небылиц я, конечно, наслушался. Но что меня просто шокировало. Представляешь, приезжает туристический автобус после нескольких часов в дороге, оттуда выходят люди и видят эту уборную. Всё, мозг уже сигналы послал. Люди рвутся в туалет, а там замок. А затем экскурсовод ведёт их на Юрьеву гору. И что люди видят? Кусты.

– Я собственными глазами видел, как парни бегут в эти кусты и поливают могилы. Они же не знают, что там кладбище. Его просто не видно.

Еврейское кладбище в Крево.

Так у Сергея появилась мысль хоть как-то обозначить это священное место. И почтить память евреев, благодаря которым в своё время жизнь в местечке действительно кипела. Кроме того важен обмен – кревские волнтёры смотрят на приезжих, приезжие – на местных. И получается неплохая тусовка.

С местными можно работать. Просто когда годами не поддерживалась традиция толоки, не устраивались посиделки, каждый был по отдельности, это трудно организовать.

– Желание побыть в коллективе, что-то вместе делать всё равно где-то сидит глубоко внутри. И людей можно склеить вместе. Вот эту функцию я и взял на себя.

– Потому что в отличие от Минска, на Крево мне не жалко ни энергии, ни физических, ни финансовых ресурсов.

Желание побыть в коллективе, что-то вместе делать всё равно где-то сидит глубоко внутри.

Где жить?

Сергей говорит, что здесь он доволен всем, кроме одного «ф» – улица, на которой находится его дом, носит имя Феликса Дзержинского. Хотя раньше она называлась Татарская, потому что здесь, кроме евреев, жили ещеёи татары. Последний из них уехал в Сморгонь всего около 3-4 лет назад. А само Крево сегодня носит статус агрогородка.

Вся местечковая жизнь постепенно переместилась от замка в новый район на холм, напротив Сергеевой хаты, – там и школа, и здание сельсовета, Дом культуры, больница, правление колхоза. И типичные домики агрогородка. Там, кстати, живут и родители Сергея. Но тогда, в 1989, когда он родился, напротив его дома было поле и лес, теперь – целая улица домов.

Парень тут чувствует себя своим – он родился и вырос в Крево, а после 13 лет жил ​​в Минске.

– Идея переезда сидела у меня в голове года два. Минск уже наскучил. Тем более – город не родной. И мне было жалко отдавать энергию городу. Но куда уезжать? Просто в какую-то ноу-нэйм деревню в 20-40 км от Минска – мне это было неинтересно. Мне нужно было место с бэкграундом. И из таких очевидных вариантов, естественно, было Крево. Но куда в Крево?

И опять же одним из очевидных вариантов было возвращение в родительский дом. Некоторое время Сергей продолжал снимать квартиру в Минске, однако периодически приезжал пожить у родителей, чтобы посмотреть, насколько это комфортно.

– Но это ни черта не комфортно. Во-первых, у родителей всё лето сидели внуки, дети моего старшего брата. И на родителей навалилась забота не только о внуках (что реально сложно, если тебе за 60), но ещё и обо мне. А во-вторых, это трудно и для меня. Я уже 13 лет прожил самостоятельно, и тут на меня сваливается эта непонятнач забота: почему не поел? почему мало? почему много? Нет.

Поэтому Сергей решил, что к родителям хорошо приехать в гости, а жить нужно отдельно. Но хорошего варианта так и не нашёл. И уже смирился с мыслью, что придётся возвращаться в Минск, о чём предупредил своего арендодателя, когда увидел объявление о продаже этой хаты на бывшей Татарской. А на неё у Сергея давно лежал глаз. И через три дня снова позвонил арендодателю и сказал, что уже не вернётся в столицу.

«С такой динамикой через 15-20 лет здесь будет ноль людей»

– У меня здесь весной целое паломничество было: «Ну, будешь картошку сажать? Где у тебя огород?» Я говорю: «К чёрту мне этот огород?» Люди пока не понимают, что есть такие профессии, которые не требуют ежедневного похода на работу. Мне как фотографу всё равно, откуда ехать на съёмки. Если на Полесье, то эти 100 километров вообще не играют роли. А бывает, что съёмки в этой стороне, так и вообще ближе ехать. Бывало, и в самом Крево снимал для агентства, например, Персеиды и Геминиды.

Кроме Сергея здесь есть ещё несколько семей-дауншифтеров, которые также занимаются творческими проектами. Но пока тенденция не радует.

– Возможно, это будет проект всей моей жизни, но я хочу вернуть людей в Крево.

– Сегодня здесь живёт немногим более 1800 человек. По статистике по всему сельсовету ежегодно прирост населения составляет не более десяти человек, а умирает 50-60, да ещё около 30 уезжает. Легко посчитать, что с такой динамикой через 15-20 лет здесь будет ноль людей.

Поэтому Сергей уже сегодня вынашивает план, как спасти Крево от гибели. Он надеется, что со временем Кревский замок всё же восстановят.

– В наших верхах такое примитивное мышление: раз есть замок, нужно сделать там музей. Это хорошо, но не перспективно. Хватает в Крево пустых зданий, где можно открыть музей. Замок я бы хотел отдать под творческое учебное заведение. Естественно, если восстановить, например, две башни, этой площади будет недостаточно для полноценного учебного процесса. Но её можно адаптировать под мастерские для художников или хореографические залы. Тем более свет на все четыре стороны. Это же потрясающе! А эти все холмы созданы для творчества. Чтобы ты сидел среди берёз и писал какие-нибудь стихи, картины, музыку, фотографии – что угодно. Тогда сюда приедет творческая молодежь. Для неё нужно сделать определённую инфраструктуру. И таким образом люди будут оставаться, жениться, рожать детей – джиджин-джиджин – глядишь, так и Крево вернётся.

Ещё до недавнего времени эта идея казалась Сергею далеким мифическим существом. Но теперь он стал о ней говорить вслух и почувствовал поддержку, люди предлагают помощь. Поэтому сейчас Сергей чувствует больше уверенности в своих силах и реальности своих идей.

«Всё превратилось в сплошные Дожинки»

Когда раньше Сергей бывал в Крево наездами, он не имел возможности почувствовать всех проблем местечка. А тут, пожив год, парень почувствовал, что ему неудобно, а что мешает другим, какие есть сложности для туристов. И, подготовив 17 вопросов, пошёл на встречу с местными властями по актуальным вопросам социально-экономического развития региона.

– А мы слушали о важности атомной электростанции, Дожинок и обеспечения явки на выборах. Но это я и в новостях посмотрю-послушаю. А Еесли мы уже приехали решать местные вопросы, давайте не забывать об этом.

По словам Сергея, его просто не захотели слушать. Он жалуется, что местные власти неохотно идут на контакт с частной инициативой. И приводит пример с празднованием Масленицы и Рождества.

Конечно, традиции уже нет. Но чтобы показать местным, как это происходило ранее, следует сделать качественную реконструкцию. Поэтому Сергей вместе с единомышленниками уже несколько лет организует такие празднования с аутентичными песнями в Крево. Он приглашает людей, которые ходят в этнографического экспедиции и готовы делиться собранным материалом. Потом делает фотоотчёты. И это видят в районном отделе культуры.

– Иду я по улице, встречает меня директор Дома Культуры и говорит:

«Ты подрываешь наш авторитет. Наше руководство смотрит твои отчёты и спрашивает нас, почему мы так не делаем». И я спрашиваю: «Почему вы так не делаете? Я же вам не мешаю».

– Другой бы порадовался, что прошло две Масленицы, а не одна. И она попросила меня следующий раз согласовывать с ними как с действующей властью.

– Как-то в прошлом году они пришли ко мне и предложили устроить Масленицу вместе. Я им сказал, что хотя бы транспортные расходы придётся оплатить. А они говорят – давай мы сами, у нас костюмы. А костюмы – это Дед Мороз, Баба Яга, Чёрт. Очень клёво играет Бабу Ягу директор Дома Культуры – хоть Оскара давай. Но всему свое место. Это же нарушение традиции. Какой Дед Мороз на Масленицу?

– Я считаю, что сегодня никто не разрушает культуру так, как районные центры культуры. Потому что всё превратилось в сплошные Дожинки.

– И если раньше в Ивье, Гольшанах, в Крево были фестивали со своей атмосферой, которые собирали много людей, то теперь это стандартный набор: батуты, сладкая вата и попса из микрофона. Ну, и на черта мне ехать в Ивье или Гольшаны, когда я то же самое могу посмотреть в Крево? На это выделяются средства, а делается всё в итоге для троих человек.

Чтобы не сталкиваться с непониманием в верхах, Сергей устраивает некоторые мероприятия просто у себя во дворе. Например, в последний день лета здесь прошёл арт-пикник, где гости могли научиться технике фотографирования без фотоаппарата – люмен принтинг.

– Они делают все ради галочки, а я пытаюсь – для людей.

– Мне прежде всего важно, чтобы приходили местные и поработать, и на праздники. Чтобы вернулись к жизни, а не просто сидели у печки.

Летопись Крево

Пока такой активизм занимает у Сергея много времени, но останавливаться он не собирается. Хотя иногда закрадываются сомнения.

– Бляха, так а работать когда? Я пока ещё не оформил у себя в голове, как мне жить с этими общественными работами. Но у меня пруха, я хочу что-то делать. Может, когда-нибудь оно мне мешком золота на голову упадёт, но пока я не ставлю себе такой цели. Теперь я делаю это ради удовольствия. Сегодня я сам получил удовольствие, вижу, что понравилось людям, и кладбище убрано. Так почему бы не делать то, что делает нашу жизнь немного веселее, интереснее?

А пока Сергею интересно наблюдать за жизнью в Крево. Он много фотографирует. Возможно, через год появится фотокнига о местечке. Кроме современных снимков, там будут и фото из старых семейных архивов.

– Я буквально в каждый дом захожу, колядую, прошу показать снимки. Иногда люди даже не знают, что у них лежит. И мы листаем с соседями их альбомы, а там Крево ка будто вчерашнее, но его такого уже нет. Это действительно история. И вот я собираю фотокнигу под условным названием «Век Крево». Когда после войны местечко оказалось сожжённым, остались только три каменные здания: остатки замка, синагоги и церкви. Интересно проследить, как Крево отстраивалось, как люди осваивали это пространство.

Однако прошлое остаётся в прошлом, а будущее принадлежит тем, кто делает его сегодня. Вероятно, когда-то и сам Сергей попадёт в чью-то летопись как человек, который вернул людей в Крево.

• Тэкст даступны на мове: Беларуская