Мікола Ермаловіч.

 

20 лет назад трагически погиб белорусский историк и писатель Николай Ермолович – почти незрячий 78-летний ученый попал под колеса автомобиля в Минске.

Николай Ермолович по праву считается одним из основателей белорусской историографии. Инвалид по зрению, он жил и работал в неблагоприятных условиях, кроме того, находился под постоянным надзором КГБ. Но это не было препятствием для его почти 50-летней научной деятельности, пламенной борьбы с официальной советской пропагандой и фальсификаторами белорусской истории.

В своих исследованиях, прежде всего книгах «По следам одного мифа» (1989) и «Белорусское государство Великое княжество Литовского» (2000), Ермолович фактически вернул нам, белорусам, гордость и радость за нашу историю.

Предлагаем читателям цикл рассуждений и мыслей Ермоловича о национальной истории и жизни общества, взятых из его статей и частных писем, а также своеобразные «правила жизни» историка.

О врагах Беларуси

«Стало ходить мнение, что Беларусь никогда не была и не может быть самостоятельной, и что она обязательно должна входить в союзы с другими государствами и, само собой разумеется, занимать в этих союзах подчиненное место.

Не будет большим трудом опровергнуть эту ложь. Но то, что она твердо вбита в наши головы и заняла там положение бесспорной истины, свидетельствует, насколько наши враги поработали над замусориванием нашего сознания, и насколько мы были беспечными, что допустили беспрепятственное расширение у нас таких идейных сорняков».

О Рогнеде

«В начале своей истории Беларусь получила в лице Рогнеды отменный образец несокрушимости человеческого духа и захватывающий пример неустанной борьбы за свободу и Родину.

Из этих зерен, так щедро посеянных Рогнедой, и взошла Беларусь. Может, поэтому она и не погибла в тяжелейших испытаниях, выпавших на ее долю.

Имя Рогнеды – дорогое и святое нашему народу. И поэтому неудивительно, что ее могилу показывают в разных местах Беларуси. Подвиг Рогнеды был настолько необычен, что истинная история ее жизни воспринималась следующими поколениями как легенда.

Пусть же всегда в наших жилах течет ее пламенная кровь, пусть же в нашей груди всегда живет непокоренная душа, пусть же в наших сердцах всегда горят и живительная ее любовь к Родине, и испепеляющая ее ненависть к угнетателям!

Как она, мы никогда и никому не простим обиды, нанесенные нашей Родине!»

О Купалье

«Как радостно видеть, что с каждым годом все больше зажигается Купальских огней. В этом году [имеется в виду 1980-й год – ПА] наша Молодечненщина пылала от них.

Что ж, так и должно быть на нашей земле, подарившей миру Янку Купалу…»

О борьбе с фальсификаторами истории

«С отождествлением современной Литвы с древней началось запутывание истории Великого Княжества Литовского.

В следующем году [имеется в виду 1983-ий год – ПА] исполнится 400 лет со времени издания «Xpoники» Матея Стрыйковского [известный польский хронист и дипломат 16 века – ПА], произведения, в котором наша история была неслыханно сфальсифицирована.

«Xpoникa» эта сразу разошлась по Европе, ее домыслы вошли как бесспорные факты во все европейский учебники по истории и сейчас продолжают повторяться.

Конечно, разбивать такую ​​многовековую ложь нелегко, но надо. Нам уже удалось в какой-то мере сдвинуть этот вопрос с места и нужно в этом настойчиво идти дальше.

Хорошо бы, чтобы все эти новые мысли находили место не только в белорусской прессе, но и в научных изданиях на английском языке».

Об идеологическом терроре

«Результаты моей лекции наряду с другими были довольно печальны для «Спадчыны» [научная лекция Ермоловича состоялась в этом клубе в апреле 1986 года – ПА]. У нее отобрали помещение.

Не знаю, возможно, это совпадение, но после моей лекции в группе «Сумоўе» при Институте искусствоведения, этнографии и фольклора АН БССР, она была запрещена.

Все это очень хорошо характеризует тот страшный идеологический террор, который существовал в Беларуси. Даже безобидные научные лекции наводили страх на всех тех, кто имел неограниченную власть над разумом и душами людей».

О работе исследователя

«Исследователь не может делить факты на те, которые ему нравятся, и на те, которые ему не нравятся. Все факты он должен исследовать и ни одного не отбрасывать или замалчивать. Как раз вcё это заставило меня пересмотреть вопрос образования Великого Княжества Литовского.

Когда я изучил все доступные материалы, то увидел, что прежние исследователи много говорили о так называемом литовском завоевании Беларуси, но не показывали самого факта завоевания, никогда не говорили, когда и как это произошло.

Второе, чего я не мог взять в толк, так это то, почему именно Литва раньше всех подчинила Новогрудок. Взглянув на карту, это трудно понять.

Создается впечатление, что ни один исследователь не смотрел на карту и не задумывался, а как это можно было с территории современной Литвы завоевать Новогрудок».

О потере языка

«Если полк теряет свой флаг, он перестает существовать. Нечто подобное мы видим и в отношении народа и его языка.

Когда народ теряет свой язык, он также перестает существовать, ведь язык – это и есть флаг народа. Вот почему угнетение народа начинается с поношения и гонения его языка.

Точно так же и национальное пробуждение народа берет свое начало с осознания им большого значения своего родного языка как своего флага, идя под которым он найдет свою волю и счастье».

О своей жизни

«Я живу в Молодечно, но каждый день езжу в Минск в Государственную библиотеку, где просиживаю с 10-и до 18-и.

Возвращаюсь домой и вместо отдыха иду работать в общество слепых, где работаю 5 часов, склеиваю коробки. Без этого невозможно было бы прожить, ведь дети мои инвалиды, нужно для них зарабатывать.

Тяжелая моя жизнь. Однако все же, несмотря на большие жизненные трудности и игнорирование, я не сдаюсь, веду исследования, веду поиски и, как говорит Васпан [имеется в виду Михаил Белемук – председатель объединения белорусской молодежи в Кливленде (США), издатель исторического журнала «Полацак» – ПА], проявляю стойкость кривича.

Если глаза окончательно не откажут, я надеюсь, что кое-что сделаю, напишу, чтобы знали потомки».

О потере национального величия

«Литовский историк Батури в своей монографии о борьбе Литвы с Золотой Ордой, изданной в 1975 году, поспорил со мной.

Он соглашается с тем, что Литва действительно была там, где я ее показываю, но не согласен в том, что название «Литва» только позже перешла на Аукштайтию, поскольку, дескать, указанная мною Литва была продолжением той Литвы, которая якобы была тогда на месте современной Литвы. Он доказывает это ссылками на грамоты Миндовга, хорошо зная, что они были подделаны немецком орденом в XIV веке.

Что и говорить: если нечем бить, то бей бубном. Но его и его коллег можно понять. Признать, что Литвы не было на месте Аукштайтии, это значит отречься от исторического своего «величия».

О своей харакатеристике кагэбистом

«В 1986 году начальник Молодечненского КГБ Иванов, выступая на совещаниях агитаторов, характеризовал меня как «животное ископаемое».

Видимо потому, что я всегда говорил на белорусском языке, который он считал окончательно убитым и похороненным, а потому ископаемым».

Про белорусскую буржуазию

«Экономически слабая, а потому и робкая, белорусская буржуазия не только была антинародной, как и всякая буржуазия, она была еще и антинациональной.

Будучи не в состоянии не только стать во главе народа, но даже и защищать свои узкоклассовые интересы, она всегда покорно склоняла свою голову перед каждым чужим завоевателем, который оказывался сильнее предыдущего, и за бесценок продавала ему свой народ.

И поэтому нет ничего более бессмысленного, чем выражение «белорусский буржуазный национализм». Уж в чем другом, а в этом греху белорусскую буржуазию заподозрить нельзя. Не доросла она до национализма».

О свободе отречения

«Свобода отречения от своего языка – пока что единственная свобода, которая предоставлена ​​нам и которой мы можем пользоваться беспрепятственно.

Возможно, поэтому и находятся люди, которые из-за отсутствия других свобод спешат воспользоваться хотя этой свободой».

О борьбе с «мстиславами»

«В 1132 году умер Мстислав [великий князь киевский, который захватил Полоцк – ПА], и Полоцкая земля забурлила сразу. Чужаки были изгнаны, а в Полоцк вернулись свои князья. Родина наша стала свободной. Более того, ослабленная Киевщина отреклась от своих намерений покорить Полоцкую землю.

Борьба за свободу, какой бы она ни была тяжелой и длинной, всегда заканчивается победой!

Но эта мрачная пора, по-видимому, сильно поразила наш народ и навечно запечатлелась в его памяти. Именно с этого времени и появилась известная белорусская пословица «Мсьціслаў не аднаго сьціснуў», и уже свыше восьмисот лет живет в народе. И это не случайно.

Имя Мстислава стало символическим. Подобные ему еще неоднократно появлялись в нашей истории и многих они сжали, но, как и в первый раз, не смогли подавить наше извечное и святое стремление к свободе!»

• Тэкст даступны на мове: Беларуская