Мастак Базіната з Маладзечна. Фота з архіва РГ.

О том, как художники реагируют на события вокруг себя, являются ли они активистами и в чем беда недостаточной активности людей, журналист «Рэгіянальнай газеты» поговорила с одним из самых креативных современных художников Беларуси Базинато.

Именно он руководил художественным оформлением галереи на улице стрит-фуда, а в 2017 году устроил галерею на мусорке на Порошках.

— Можно ли назвать художника активистом?

— Различные художники выбирают различные форматы. Мне нравится, что делают молодые художники — перформансы, акции. Например, была классная акция в метро Ульяны Невзоровой «Этот плакат может стать причиной моего задержания». Такие формы очень просты, но в то же время срабатывают отлично.

Скриншот видеоперфоманса.

— Как тебе формат акций, похожий на то, что делает Павленский? Например, прибить гвоздем мошонку к кремлевской брусчатке.

— Это его язык выражения, вопрос отношения к своему телу, телу в пространстве. К такой акции человека привели определенные процессы, его жизнь. Такие высказывания работают.

Для некоторых художников такая форма непонятна. Ну, правда: ты же сидишь две недели в мастерской, фотографируешь, выкладываешь в социальную сеть и тебе поставят три лайка. А тут нарисовал плакат — и ты звезда, сто тысяч просмотров.

— Есть ли у тебя ощущение, что перемены в Молодечно начались с улицы стрит-фуда? Что она стала местом, которое заряжает жителей жаждой креатива и активизма?

— Думаю, стрит-фуд стал одним из пунктов, которые к этому подтолкнули. Люди меняются все время. Стрит-фуд немного изменил логику и пространство, понимание, что с этим пространством можно делать. Он указал, что место может задавать направление движения и деятельности. У многих есть потребность приходить в определенное место, наполняться там событиями, едой, встречами и взаимодействиями.

Этой осенью и летом стрит-фуд был особенно актуален для жителей, которым пришлось пережить ковид. В городе не так и много мест, куда можно спокойно прийти, и там всегда что-то будет, как минимум, еда.

— Это место придумали и сделали таким жильцы. Влияет ли на молодечненцев пример того, что активисты могут менять город?

— Любой город, его атмосферу, энергию, движение, события и культуру определяет житель и сообщество. Улица сформировала вокруг себя сообщество людей разных профессий и сфер заинтересованностей, которые могут на этой площадке воплощать свое видение общественного пространства.

Любой город формируют его жители. Мне кажется, в Молодечно всегда было много активных людей, которые влияли на поле событий.

Преимущественно это люди гуманистического мировоззрения, которые хотели бы менять модель поведения горожан и пространство города.

Молодечно — город с советской геометрией и архитектурой. Когда его строили, то не думали, что люди будут в нем жить так, как сейчас — во время эпидемии, массовых протестов, серьезных трансформаций в обществе. Когда строили, то не думали, что здесь все это будет, что улицы заполнит столько машин, появится интернет.

Конечно, на уровне архитектуры город формирует людей. Но люди своими мелкими историями, активизмом, творчеством, переделывают город.

Встречи дают возможность создавать что-то новое, делиться мнениями, вести диалог – это то, чего нашему обществу никогда не хватало. А мест для диалога в городе не так и много. Мы привыкли к монологу — учитель говорит, дети слушают, к модели, когда есть какой-то «взрослый», который все знает. И такая модель у нас держится на разных уровнях.

Чем большему количеству людей интересно, что происходит вокруг них, что творится в их дворе, в другом микрорайоне. Чем больше заинтересованности, тем больше развивается пространство. Поэтому я за то, чтобы существовало как можно больше публичных мест. В таких местах ты лучше знакомишься с людьми. А чем лучше знаешь человека, тем лучше понимаешь, как можешь с ним взаимодействовать, больше вероятности создать что-нибудь совместное. Благодаря этому человек может реально реализовать свой потенциал, потому что часто люди не знают, что вокруг них, с кем можно скоординироваться.

Может и конкретное событие изменить человека изнутри, потому что приходится дать себе ответ на вопрос: готов ли ты мириться с этим насилием, угнетением, постоянным наблюдением и указкой, отсутствием диалога. Или готов что-то сделать, чтобы выйти из замкнутого круга.

— Ты как художник как оцениваешь события в Беларуси в этом году?

— Эти события интересны, многогранны, анализировать их сложно. У меня есть художественные методы, через которые я пытаюсь посмотреть на это сбоку. Происходящее в этом году вызывает у меня интерес наблюдателя. Быстро рефлексировать на эти события сложно, поэтому получается, что ты постоянно в потоке, не всегда успеваешь понять, что происходит.

От нас всех понадобилось придумать новые механизмы взаимодействия с этой изменившейся окружающей средой. То, как реагировать на эти вызовы, как ситуация проявляет личность. Меня волнует, как у разных людей в разное время трансформируется внутренний мир. Мы сближаемся, хотим увидеть лица друг друга, понять. В тоже время мы и отдаляемся — это парадокс, который хочется понять.

За этот год стало очень много страхов, страх стал более видимым. Год требует перейти на новый эмоционально-чувственный уровень.

— Правда ли, что для художника чем хуже, тем лучше? В том смысле, что чем хуже события происходят, тем серьезнее материал для художественного воплощения.

— Если насилие или нарушение моральных норм видны, то мне как художнику проще с этим работать. Я визуальный художник, и разговариваю с человеком понятным ему языком. Сейчас в Беларуси много искусства — иллюстраций, музыки, картин, акций. Много всего происходит каждый день. Такого движения я не видел никогда. Такое количество искусства — рефлексия на события, благодаря чему много интересных работ. С одной стороны, радостно, что всего много. С другой, это переходит в другую плоскость. И не все художники понимают, к чему это ведет.

С острыми темами работать легче и интереснее, потому что отдача от них мгновенная. Это благодарное поле.

Способы передачи сообщений очень изменились. Социальные сети позволяют получить мгновенную реакцию на твое сообщение.

Моя скорость реагирования иная. Я сразу оцениваю прошлое, настоящее и будущее. Цепляю не то, что происходит сейчас, а общечеловеческие вещи. Я люблю ставить вопросы, потому что ответы будут у всех разные.

— Что ты думаешь о плакатах белорусского протеста?

— Плакаты люди любят, потому что слово — сильный инструмент для выражения позиции. Полагаю, любое протестное движение было с лозунгами и транспарантами. Другие сразу понимают, что ты хочешь сказать. Я поклонник карнавалов, массовых праздников, когда люди собираются, потому что хотят этого.

– То, что происходит в Беларуси — не новая и не уникальная ситуация, подобное происходило во многих уголках мира в разное время. Является ли одной из причин кризиса, такого, как сейчас в Беларуси, недостаточная активность людей?

— Протесты, борьба с властью – это происходит повсюду. Благодаря доступу к информации мы это знаем. Но люди, которые сейчас живут в Беларуси, раньше с таким не сталкивались, не были к такому готовы.

Многое зависит от людей, почему они находятся в той или иной ситуации. Но никто не отменял эволюционный процесс, благодаря которому люди учатся.

И у нас сейчас начинают формироваться сообщества вокруг определенных ценностей.

Все, что происходит в обществе, происходит на почве общественной договоренности. Мы, например, договорились, что не будем бить друг друга, и не бьем. Мы живем в такой парадигме, пока ее придерживаются стороны. Если она перестает работать, то нужно договариваться заново, вести диалог.

Все повлияет на все. Мне важно понять то поле, где будет интересно высказаться.

Статья создана в рамках проекта RegiOn (Включая регион)

рэгіён

Олег Куролесов из Новосадов: «Атмосферу мероприятия создает программа»

Молодечненский волонтер: «Пострадавшим следует срочно обращаться за помощью»

Пришла в активизм, чтобы влиять и изменять

Активизм — это менять мир вокруг к лучшему

Главное в активизме — найти единомышленников

• Тэкст даступны на мове: Беларуская