Пётр Дыко.

Петр Дыко – один из задержанных 20 июня у Молодечненского камня «Пакутнікам за волю і незалежнасць Беларусі».

Суд над 54-летним молодечненцем прошел 23 июня по видеосвязи. Согласно решению суда, Дыко нарушил Закон о массовых мероприятиях, а именно порядок проведения пикетов. «Что выразилось в том, что он в соответствии с призывом о проведении несанкционированного массового мероприятия, размещенным 19 июня 2021 года в глобальной компьютерной сети интернет в мессенджере телеграмм на канале «Молодечно для жизни чат» принял участие в массовом совместном присутствии граждан в заранее  определенном месте – у памятника «Пакутнікам за волю і незалежнасць Беларусі». Дыко поставили в вину, что возле памятника он «с целью выражения своих протестных общественно-политических настроений возлагал цветы к памятнику без соответствующего разрешения Молодечненского райисполкома».

Молодечненец не признал свою вину полностью.

Вина Дыко, согласно постановлению, подтверждается в том числе протоколом об административном правонарушении.

Судья Олег Логачев назначил Петру Дыко административное наказание по части 1 статьи 24.23 КоАП в виде административного ареста на 15 суток.

Жанна Пилючонак также была осуждена по этому же делу. Ей дали 25 суток ареста, через 10 дней ее должны освободить. Еще две женщины, задержанные в тот же день, были освобождены из отделения милиции 20 июня – они матери несовершеннолетних детей.

«Самое ужасное – это одиночество»

Мы попросили Петра рассказать, как прошли для него эти 15 суток ареста:

– Возле памятника я увидел женщину, снимающую происходящее. Как только цветы были возложены, приехала милиция, сказали ехать с ними и отвезли в райотдел. Протокол составили в 19–20 часов. Меня отвели на ночь в «обезьянник». Около 6 часов утра перевели в изолятор временного содержания.

Там была камера на шесть человек, ни матрасов, ни постельных принадлежностей. Лег на голые доски. Положил туфли себе под голову. После того, как выдали туалетную бумагу, скрутил из нее такой ролик из бумаги, чтоб положить под голову.

В первую среду ждал передачи, но не получил. Подумал, ну странно, может сын не успел собрать. Буду ждать в субботу. Настраивался на субботу, но потом мне дали понять, что ничего не получу. Все, что мне передавали родственники, выдали только тогда, когда я вышел из отделения милиции. Все четыре пакета. Каждый из четырех дней, когда можно было приносить передачу, сын что-то приносил.

Затем, на шестой день, перевели в камеру на два места. Пошли более прохладные ночи, я попросил дать мне укрыться чем-нибудь теплым, но ничего не разрешили. Просунул руки в пройму футболки, чтобы согреться во время сна. Прикрывал спину половой тряпкой, чтобы было не так прохладно. Так спал. Не скажу, что было очень холодно, но когда зябко, и так просыпаешься от того, что спишь на досках, и еще от холода.

Нельзя было побриться, брать зубную пасту со щеткой. Объяснили, что сижу один и могу совершить суицид.

В душе только холодная вода, не было теплой. Предлагали в душ, но холодной водой умывался и в камере. Место для прогулок есть, но персонала выводить не хватает. Так что за 15 дней я ни разу не гулял и ни разу не принимал душ.

Из еды давали на завтрак биточки с кашей, на обед суп с парой кусочков картошки и биточки с кашей, и на ужин биточки. Я настроил себя, что больше нечего будет есть. Так что с моим телосложением этого было достаточно.

Я попросил книгу или газету, но мне ничего не дали. Самое сложное – это одиночество, когда ты один в этой комнате и со своими мыслями. Тем более не спишь нормально, даже ночью встаешь размять ноги.

Я вспоминал все фразы на английском. Брал постановление суда, читал по-русски и пытался перевести на английский.

Делал зарядку, разбил комплекс на день. Одежду стирал, мылся. Брал какую-нибудь тему из истории и размышлял о ней. Например, почему в тех условиях победили большевики – начинаешь вспоминать факты, анализировать, сравнивать. Или почему распался Советский Союз, или почему Наполеон не смог победить – занимал себя рассуждениями.

Утром возят тележку с горячей водой, и понимаешь, что кроме каши с биточком тебе ничего не достанется. У меня была только двухлитровая бутылка, кипяток некуда было налить.

Однажды ночью я услышал Жанну. Она  тоже просила дать подложить что-нибудь под голову.

В камерах есть вентиляция. Когда было жарко, ее включали, выдувал воздух. В жару часто включали вентиляцию.

Я интересуюсь футболом, просил рассказать мне результаты игр или дать газету, но так и не получил. Радио «Минская волна» работало весь день, поэтому можно было услышать новости о футболе. Помогло радио – музыка отвлекала от одиночества.

Теперь прежде всего хочу умыться и побриться.

• Тэкст даступны на мове: Беларуская